«Зай, ты совершила чудовищную ошибку»

— Была у меня подруга юности (с которой мы уже не общаемся), и у нее хватило ума в 2015 году купить квартиру в Севастополе, — пишет Эльвира Барякина. — Я когда узнала — у меня просто не было слов.

Это кем надо быть, чтобы продать жилье в благополучном Нижнем Новгороде, где войн не было с 13-го века, и переехать в зону, где войны случаются раз в несколько десятилетий?

Полуостров под санкциями, признан оккупированной территорией, все сделки с недвижимостью — под огромным вопросом…

Оставляем за рамками мораль и базовое понятие о том, что нельзя скупать краденое. Но где здравый смысл? Хоть малейшее понятие о собственной безопасности и о стратегическом планировании?

Бывшая подруга сейчас живет под постоянными обстрелами, потому что дом ее — рядом с каким-то штабом, который является приоритетной целью ВСУ. Ну что… хорошо устроилась. С комфортом!

Они там какую-то группу сколотили из точно таких же женщин, которые решили, что можно поправить собственные дела за счет грабежа соседей. Все они приехали в Крым после 2014 года и накупили квартир и домиков. И теперь сидят под атаками дронов и искренне не понимают — «А нас-то за что?»

Эти дамы «утешают и поддерживают» друг друга и «лечат душу красотой»: публикуют стихи, патриотические открытки, сгенерированные вражеским ИИ, и показывают друг другу модные наряды, доставленные контрабандой с проклятущего Запада.

Все, как одна, ярые поклонницы Путина. Вся надежда на него: типа батюшка-царь однажды вспомнит про них, таких преданных и несгибаемых, и спасет.

Нет, девочки. Ваш кумир о вас даже не думает, потому что у него есть более насущные проблемы: у него у самого крышу недавно снесло в Москве.

Что бы я сказала бывшей подруге, если бы мы с ней вновь созвонились? А вот что:

«Зай, ты совершила чудовищную ошибку. Ладно, сейчас неважно, почему ты это сделала. Возможно, потому, что у тебя была мечта — жить у теплого моря, а денег в наличии — только 50 тысяч долларов, и на эту сумму нельзя было купить квартиру в Сочи.

Поэтому ты решила, что можно скупать краденое. Ведь в тот момент тебе казалось, что местный пахан уверенно держит поляну и тебе не придется ни за что отвечать.

Проблема в том, что пахан наврал всем — и тебе, и себе, и всему остальному миру. Нет у него ресурса на то, чтобы оберегать вас, преданных ему «патриоток». И дальше будет только хуже.

Знаешь, что тебя ждет? В лучшем случае экономический коллапс. Ты бы изучила историю Крыма, которой ты «так гордишься». Но только изучать надо не панорамы и патриотические выставки, а то, что творилось в Крыму во время битвы за Севастополь в 19 веке. И во время Гражданской войны. И во время Второй мировой.

Знаешь, что было с мирными жителями? Не знаешь — оно и видно.

А проблема там была и с водой, и с едой, и медикаментами, и вообще со всем привозным.

Шепотом: а привозное у вас все, кроме фруктов и камней.

И не дай тебе бог заболеть или получить травму в момент, когда сотни тысяч людей будут метаться по побережью, надеясь спастись. Не дай бог иметь на руках близкого человека, которому плохо, а ты не можешь ему помочь.

Все только начинается, зай. Каток истории уже едет на всех парах в твоем направлении, поэтому послушай доброго совета: хватай все, что можешь увезти, и возвращайся в Нижний Новгород. Да, теперь у тебя нет квартиры, но, может, кто из родственников приютит.

Можешь утешать себя мыслью о том, что ты «вернешься, когда все утихнет» (спойлер — не вернешься). Но так ты хотя бы останешься с руками, ногами и целой головой. Плюс мужик твой тоже останется в живых, а не сгинет от атаки беспилотника, когда его заберут в какой-нибудь импровизированный «отряд самообороны».

И машину, на которой вы уедете, ты сохранишь… Впрочем, нет — у вас же там бензина нет.

Впрочем, я знаю, что ты меня не послушаешь. Только разразишься гневными комментариями: «Бред!» «Что ты куришь?!» «Лечиться не пробовала?!»

Это потому что тебе очень неприятно признавать себя дурой.

Но дура — это не та, кто ошибается, а та, кто не в состоянии признать свою ошибку.

Надеюсь, что ты все-таки примешь правильное решение.

Я почему все это пишу? Потому что в феврале 2022 года одна из моих студенток написала мне: «Мы в Мариуполе — что нам делать?»

Я ей ответила, что надо срочно уезжать — город будут бомбить.

Но она не послушала. И с тех пор не выходила на связь.

Я думаю, что она мертва.

Так вот, зай… Береги себя! Я тебя бесконечно осуждаю, я не хочу общаться с тобой лично, потому что ты предала наши базовые ценности — про «не возжелай дома ближнего своего». 

Не целую и не обнимаю.

Но я не желаю смерти или увечья — ни тебе, ни твоим родным».